Огненный князь 2 [СИ] - Тимур Машуков

излюбленным оружием тайного агента. Некоторые невидимки достигали подлинной виртуозности в обращении с ним. Известно, что искусство фукибари-дзюцу было даже канонизировано несколькими школами.

Но это было искусство с использованием духовых трубок и применялось в основном против неодаренных, такими же неодаренными или пустыми.

То, чему научил меня мастер, было не похоже на все остальное. Именно его семья возвела умение лечить иглами в абсолют, добавив к светлой стороне магии жизни темную магию смерти.

Пропустив через иглу эфир, можно было достичь противоположного результата. И если раньше эффект от иглы, не смазанной ядом или снотворным, наступал только через некоторое время, то теперь он был мгновенным. И уже от них не спасала добрая кольчуга или эфирный щит. Мгновенно разгоняясь до сумасшедшей скорости, напитанные эфиром, иглы пробивали все, до чего могли дотянуться.

Увы, сейчас я слаб и щит мастера мне, возможно, не по зубам, но когда я наберусь сил, то смогу победить при удаче даже архимага. Все зависело от количества сил, что были влиты в иглы.

Да, у них было множество недостатков, таких, как небольшое расстояние или же природные факторы — то есть, иглу вполне можно было сбить, например, ветром. Но и плюсов было не счесть, главным из которых была скорость и незаметность полета.

В умелых руках это было грозное оружие, и я уже доказал это не один раз. Я помню, как пухла у меня голова от бесчисленных заучиваний точек, меридианов, эфирных потоков. Как учитель заставлял меня закреплять собственные знания на себе. Ведь боль — лучший учитель. Ну, а про последствия своих ошибок я говорить не буду, как не буду их и вспоминать.

До того, как я попал в этот мир, я не рассматривал иглы как серьезное оружие и не использовал их в бою, и как показала практика, очень зря. Владение ими очень хорошо ложилось на магбо, делая его более разносторонним. Мне еще предстояло отточить навыки и соединить одно с другим, но гремучая смесь, что уже получалась, выглядела очень грозно.

Когда-нибудь я передам это знание своим детям и наследие учителя не пропадет, не угаснет. Возможно, даже создам свою, родовую школу с ее секретами и возможностями.

Эх, мечты, мечты… А меж тем ноги дрожат уже слабее, да и источник потихоньку успокаивается. С удовольствием я смотрел, как еще больше поднялись его стенки, как расширились и укрепились эфирные каналы. Еще немного, и он будет завершен. И тогда я, обретя силу огня, открою в этом теле остальные стихии.

А пока можно уже развязать ноги и сделать себе легкий массаж, потому как они будто деревянные. Особой боли не было, хотя я ожидал худшего, но ощущения были более чем неприятные.

Остались теперь две точки. Я думал, понадобится больше, но учитывая рост источника, хватит и их, иначе можно его перегрузить. И точки эти очень веселые — одна на животе — ох, чую, весело мне будет. Заранее сочувствую холодильнику, потому как после ее активации такой жор нападет, что смету все. Ну и последняя… Как вы думаете, где находится? Не знаете? Забыли, в какой стране живем? Естественно, на заднице. И вот тут я уж не знаю, кому будет плохо. Потому как она является завершающей и дико подстегивает либидо.

Эта точка вообще непонятная. Казалось, было бы логично, чтобы она находилась на члене, ну, или в его районе, так нет — на жопе. Придется снимать себе в борделе пару-тройку жриц любви и заплатить им большие деньги, а потом, возможно, и компенсацию. Иначе никак.

Мила просто не потянет того, что будет со мной твориться. Мерзко, противно, но иного выхода нет. Заездить бедную девушку я тоже не захочу. Но до этого счастливого момента ещё как минимум неделя, за которую мне надо еще больше укрепить тело, растянуть каналы и подготовиться к быстрому сваливанию за пределы города. А желательно, и мира. Потому как мой день рождения будет уже через пять дней после экзамена.

Аттестат я могу и по почте получить, если что. Так что задерживаться мне будет нельзя. Чую, притихший отец готовит мне большой и крайне неприятный сюрприз.

Встав с постели, я с хрустом потянулся, ощущая ток жизни в своем теле, что стало заметно крепче. Теперь мои возможности расширились и я могу ставить щит. Не очень сильный и не надолго, но на короткий бой этого хватит. По крайней мере, пару атак подмастерья он точно выдержит.

Так, для ужина ещё рано, для обеда поздно. Значит, мне прямой путь на арену. Тренировка — наше все. Стоило бы, конечно, покопаться в ГИСе и попробовать поискать более подробную информацию про Аштаэлию, но не буду. В конце концов, у меня есть пара помощников, вот и озадачу их. А то пока они свои деньги не отрабатывают. Заодно и посмотрю, на что они способны и смогут ли копнуть дальше официальных источников. Если они собираются войти в род, а я теперь понимаю, чем вызван их повышенный интерес ко мне, пусть работают.

М-да, дожился, уже в разведку и на поиск информации детей отправляю. Но деваться некуда и работаем с тем, что есть.

Арена была пуста и я, удобно устроившись, решил начать медитацию. Но стоило мне только выровнять дыхание, как меня прервали самым бесцеремонным образом, а именно — попытались стукнуть палкой по голове.

Сделав кувырок назад, я увидел две фигуры, косплеивших японских шиноби. И может, я бы испугался и как-то жестко отреагировал, если бы они не были ростом точь-в-точь как близняшки. Один или одна, я так и не понял, как их различать, сжимала в руках шест, а вторая размахивала коротким мечом.

Увернувшись от двух ударов и едва не нарвавшись на третий, я отступил к стойке с оружием. Схватив любимые Степкой тонфы, я злобно оскалился и кинулся на них…

М-да, зарубились мы знатно. А эти двое молодцы, ничего не скажешь. Заставили меня попотеть. И главное, как слаженно они нападали, любо-дорого посмотреть. Причем, в абсолютной тишине — ни тебе угрожающих криков, ни злобного сопения. Молча, быстро и максимально эффективно. В какой-то момент я думал, что вообще солью бой, потому как сильно бить их не хотелось — все-таки дети, а они били как раз таки сильно, абсолютно не щадя меня.

Но ничего, справился, вон, лежат и стонут, делая вид, что им очень больно. Да вот фиг я поверю. А то я не видел, как они хитро переглядывались, ожидая, когда я к ним подойду, мелкие пакостники.